Трудно припомнить европейский прецедент, когда бы канцелярия главы государства публично и методично обвиняла главу коалиционного правительства (и собственно само коалиционное большинство ВР) в государственной измене. И одновременно в политической коррупции. Квалифицировать подобную ситуацию можно только, как езду по встречной полосе.
В любом случае президентский демарш выводит (или может вывести) политический процесс не только за рамки конституционного поля, но и собственно за рамки демократии. Поскольку в демократической модели немедленно должна быть проведена парламентская процедура вотума доверия премьеру. В демократической системе меньшинство не может отменять большинство. Или обвинять большинство в том, что оно едет не в ту сторону. Причем, едет ангажировано. Хотя этот опыт для Украины и не нов.
Украина не Япония, но если пофантазировать, чтобы подобная езда по встречной политической полосе квалифицировалась по кодексу Бусидо, то можно было бы смело предположить, что это (трудно квалифицируемое) политическое событие неизбежно закончилось бы публичным харакири одной из сторон: главы государства или главы правительства.
Но может статься, что харакири было бы печальной участью обоих фигурантов скандала. Причем, глава правительства покончил бы с собой немедленно, не дожидаясь пока ему будут предъявлены юридически доказательства в суде. А глава государства покончил бы с собой только в случае отсутствия у него веских доказательств массового участия политикума в государственной измене. То есть выезда на встречную.
Но к счастью (или, к сожалению) Украина не Япония. Бусидо у нас не действует. Ничего не действует. Потому предсказать развитие беспрецедентного политического скандала нельзя. Но полностью исключить вариант харакири по-украински (политического) тоже нельзя.
Обвинять всех, кто едет тебе навстречу в том, что они едут, ангажировано, а тем более наносят этим ущерб национальным интересам – занятие довольно рискованное. Тем более рискованно обвинять в этом тех, кто только один и имеет право определять суть национальных интересов. А это право есть только у парламентского большинства. Если же под национальными интересами понимать интересы сугубо кумовские, то в измене этих интересов ЮВТ действительно можно смело обвинить. Однако не все в ВР согласятся поставить здесь знак равенства между интересами президента и национальными интересами.
Кислинский пообещал направить документы, подтверждающие обвинения, предъявленные премьеру в прокуратуру. И сделать это уже надо было бы давно. Сразу, как только они попали ему в руки. Странное же заявление Гавриша о том, что и СНБО еще не изучал документы по обвинению премьера коалиционного правительства в государственной измене и политической коррупции, может поставить в тупик кого угодно.
Люди добрые, а чем же вы там занимаетесь, если у вас в руках действительно находятся документы, подтверждающие предательство и измену главы исполнительной власти? Это ведь возможно самая большая угроза существованию государства. По крайней мере, это самая большая измена из всех возможных измен. За исключением измены президента. На этом фоне выглядит мелкой даже трагедия наводнения. Это намного серьезнее угрозы даже кавказского конфликта, который становится только составной частью боле важной проблемы.
Теперь наивный вопрос. По какому алгоритму пойдет развитие событий? По правовому пути, или по пути приостановки (игнорирования) некоторых положений Основного закона? Обвинения СП в том, что Тимошенко выполняет перед РФ условия о пассивной позиции по поводу конфликта в Грузии, за что якобы российское руководство якобы рассматривает решение о поддержке ее кандидатуры на выборах Президента Украины – это вообще некий шедевр. Что это за пассивность премьера такая, и какова должна быть, по мнению президента канцелярии, активность, если премьер обязан действовать строго в рамках закона и собственных полномочий?
Если основой для таких серьезных обвинений (а наказание – до 15 лет тюремного заключения) служат некие доказательства, которые не могут быть публичными, то хотя бы опубликуйте, в каком виде существуют имеющиеся доказательства. Это видео-аудиоматериалы, полученные в результате работы СБУ? Или это любительские видеоматериалы подобные тем, которые демонстрировали некоторые депутаты БЮТ, обвиняя в политической коррупции ПР? Или же это продукт внештатной деятельности очередного майора Мельниченко? А может и самого майора?
В президентской канцелярии записали в список изменников не только действующих политиков, но и в каком-то смысле бывших, не занимающих на данный момент никаких должностей ни в какой из ветвей власти. Хотя бывших политиков не бывает по определению, но приписывать пенсионерам в демократической стране политическую позицию, противоречащую национальным интересам – это слишком даже для оранжевых.
При наличии доказательств, можно предъявить обвинение в государственной измене, кому угодно. Но голословно обвинять представителей оппозиции, которые не только не имеют властных рычагов для воплощения своего якобы преступного замысла, но и априори обязаны иметь альтернативную программу по выходу из кризисной ситуации – это полный абсурд. Да и кто собственно имеет право формулировать содержание национальных интересов, и оценивать действия правительства на соответствие национальным интересам в каждом конкретном случае, кроме парламента? Это право есть только у Верховной Рады.
В этом смысле движение президента «по встречной» очевидно имеет целью устранить парламент из общественного процесса. То есть, по сути, изменить форму правления в стране с европейской на афро-латиноамериканскую. Хотя и там президенты относятся к парламенту с гораздо большим уважением.
Объединение же обвинения в «политической коррупции» (которое не имеет юридической формулировки) с обвинением в государственной измене (которое имеет соответствующую статью в Уголовном кодексе) является негодной попыткой привязать так называемый «дух закона» хоть к какой-нибудь его букве.
