Здоровое общество перенесет даже нездоровые обвинения
Жарко Петан,
словенский писатель
За время существования независимой Украины подмечена особенность: сенсационные разоблачения различных правоохранительных ведомств, периодически озвучиваемые в СМИ, на поверку оказываются мыльными пузырями.
В конце октября нынешнего года в прессе Украины и Днепропетровской области разразился очередной скандал. По версии милиции Кривого Рога, подхваченной местной прокуратурой, должностные лица криворожского отделения днепропетровского областного бюро судебно-медицинских экспертиз (КО ДОБСМЭ) незаконно изымали анатомические материалы у умерших людей.
Субъективизм при отыскании объективных причин
В погоне за сенсацией многие журналисты отождествили понятия «трансплантация» и «биоимплантаты». В некоторых изданиях написали, что у трупов незаконно вырезались органы для трансплантации, в связи с чем было возбуждено уголовное дело в отношении должностных лиц КО ДОБСМЭ.
Закон Украины «О трансплантации органов и других анатомических материалов человеку» определяет биоимплантаты как изделия медицинского назначения, изготовленные из анатомических материалов покойников. Иными словами, речь не идет о пересадке, скажем, почки умершего нуждающемуся пациенту.
Внимая письму-анонимке, сотрудники криворожской милиции, возможно, с подачи одной бизнес-структуры, о которой — чуть ниже, провели опрос родственников и близких 37 умерших, у которых были взяты фрагменты тканей.
После визитов людей в погонах семь криворожан написали заявления о том, что письменные разрешения на взятие анатомических материалов у их умерших родственников добывались «путем принуждения и обмана, когда они находились в состоянии стресса».
Далее прокуратура Кривого Рога в середине октября 2008 г. возбудила уголовное дело по факту злоупотребления служебным положением и «изъятия у трупа путем принуждения или обмана родственников органов и тканей с целью их трансплантации». Затем последовала выемка всей (!) документации в криворожской СМЭ.
Между тем изъятая прокуратурой документация парализовала работу криворожских судмедэкспертов, и не только. Любой запрос из правоохранительных органов в СМЭ по поводу получения гражданами травм, причин смерти и т. д. остается без ответа...
По большому счету смерть близкого человека всегда стресс. Увы, но просить у родственников разрешения на взятие анатомических материалов, которые в конечном итоге лечат и продлевают жизнь больным, приходится именно в самый тяжелый для них период.
Начальник управления здравоохранения Днепропетровской ОГА Валентина Гинзбург убеждена, что «наезд» на криворожскую СМЭ был кем-то инспирирован. А «принуждение» родственников во время стресса можно сравнить с назначением больному оперативного хирургического вмешательства: «Например, необходима срочная операция, на которую требуется согласие больного или его родственников. А спустя, скажем, месяц прооперированный может заявить о даче согласия под влиянием стресса, который присущ любому тяжелобольному. Хочу подчеркнуть, что ткани у трупов берутся только для изготовления биоимплантов, но отнюдь не для пересадки. Я уже высказала свое мнение компетентным органам».
Проведенное журналистское расследование выявило более прозаический мотив для возбуждения уголовного дела.
Принципиальность не остается безнаказанной
Похоронное дело — единственный, пожалуй, бизнес, которому не страшны финансовые кризисы.
В Кривом Роге вокруг отделения СМЭ и морга расположились пять (!) похоронных структур, по определению заинтересованных в организации погребений.
Прежний руководитель судмедэкспертизы отдавал предпочтение ЧП «Клен», представитель которого даже находился непосредственно в помещении бюро. Иными словами, получая свидетельство о смерти, родственники умершего сталкивались с соболезнованиями и предложениями всесторонней помощи в организации похорон исключительно одной ритуальной службы.
После того как в конце 2004 г. вновь назначенный руководитель КО ДОБСМЭ Александр Комолов запретил представителям любой ритуальной службы располагаться в помещениях его ведомства, сперва последовали заманчивые предложения о сотрудничестве, подразумевающие приличный «откат». Когда же Комолов резко отказался от них, последовали угрозы физической расправы.
Летом 2005 г. они обрели вполне реальные очертания. Июльским утром на лестничной площадке Александра Юрьевича встретили двое неизвестных крепышей со свернутыми газетами в руках.
Мимоходом поинтересовавшись у эксперта местонахождением какой-то квартиры, они нанесли ему несколько ударов «газетами», в которых были обрезки стальных труб. Потерявшему сознание Комолову сломали обе ноги и имитировали ограбление, разбросав его документы и деньги по лестнице. Нападавших, понятное дело, не нашли. Отлежав на больничной койке более двух месяцев, Комолов не сдался.
Автор этих строк ни в коем случае не пытается обвинить ЧП «Клен» и другие ритуальные службы в организации нападения (хотя, как в известном анекдоте, «осадок остался»), зато вполне допускает, что возбуждение уголовного дела в отношении должностных лиц СМЭ (должностное лицо одно — А. Комолов. — Авт.) — это средство устрашения строптивого судмедэксперта. И мифические принуждения убитых горем родных здесь ни при чем.
К слову, аналогичная ситуация повторялась в различных регионах Украины каждые 3—4 года и прекращалась еще на досудебном следствии.
«В Украине существует презумпция несогласия быть донором»
Создавшуюся ситуацию корреспондент «2000» попросил прокомментировать директора государственного научно-производственного предприятия (ГНПП) «Биоимплант», доктора меднаук Игоря Алещенко.
— Игорь Евгеньевич, не только журналисты, но и люди других профессий, даже средний медперсонал весьма смутно представляют, что такое биоимплантат: «что-то связанное с пересадкой?»
— В Украине еще во времена СССР взятие тканей умерших в лечебных целях было обычным делом. В Киеве, Харькове, Донецке, Львове при станциях переливания крови и в составе профильных НИИ существовали специальные отделения по заготовке таких «материалов». До 1989 г. не было необходимости, да и возможностей тщательно исследовать ткани умерших на предмет каких-либо инфекций. Специалисты лабораторий консервировали ткани различными способами и передавали их лечебно-профилактическим учреждениям. Но потом появился СПИД, вирусный гепатит С, болезнь Якоба-Крейцфельда, и донорские ткани стали весьма опасными для больных. Поэтому в начале 90-х годов, несмотря на огромную потребность и важное практическое значение, это направление в украинской медицине из-за отсутствия современных технологий и соответствующего финансирования было свернуто.
В начале последнего десятилетия ХХ века впервые заговорили о биоимплантологии как науке, которая возникла на границе трансплантологии и современной высокотехнологичной медицинской промышленности. Благодаря новейшим технологиям ткани умершего превращаются в высококачественные и безопасные для больного биоимплантаты, которые позволяют восстановить здоровье больных и инвалидов.
Они могут быть изготовлены из костных и мягких тканей, например, из оболочки сердца или мышц, а также сосудов, клапанов сердца, роговицы глаза (перечень заготовляемых анатомматериалов утвержден Минздравом и Минюстом). Сейчас мы занимаемся изготовлением этих средств только из костных и мягких тканей. За несколько лет изготовили около 28 тысяч биоимплантатов. Продукты в установленном порядке зарегистрированы Минздравом уже более десяти лет, прошли клинические испытания, соответствуют международным стандартам доброкачественной производственной практики, и мы — единственные производители биоимплантатов в Украине.
— В каких случаях применяют биоимплантаты?
— С тех пор как в 1734 г. хирург Йоби Ван Макарен пересадил кость собаки раненому солдату, медицина сделала огромный шаг вперед. Появилась возможность восстанавливать трудоспособность больных, улучшать качество жизни людей, которым грозила инвалидность. Биоимплантаты применяют в лечении травм, опухолей, аномалий развития позвоночника и костей скелета. Например, после удаления опухоли кости образовавшийся дефект можно запломбировать имплантатом в виде костной крошки или пористых чипсов. Через три-шесть месяцев кость полностью восстановится, полость зарастет здоровой новой тканью.
Можно реставрировать дефекты черепа, челюсти после челюстно-лицевых травм и опухолей, лечить пороки сердца, аномалии пищевода, трахеи, паховые грыжи. Стало возможным спасать жизни детям, родившимся с тяжелейшей патологией — дефектами передней брюшной стенки. Открытую полость живота закрывают «заплаткой», которая потом зарастает собственными мышцами и кожей. В Украине за последние пять лет выполнено более трехсот операций с применением биоимплантата, изготовленного из околосердечной сумки. Первыми освоили такие операции хирурги «Охматдета», теперь их делают в Днепропетровске, Виннице, Ивано-Франковске, Черкассах, Ровно и других городах. Биоимплантология — новое направление в современной медицине, и мы гордимся, что она существует в нашей стране.
— С завидной периодичностью каждые несколько лет то тут то там разные бюро СМЭ, но под одним «соусом» обвиняют в незаконных манипуляциях с трупами. Где, простите, «собака зарыта?»
— Проверяющие структуры всегда относились к данному виду деятельности с большим интересом. Слишком уж деликатная область... Мы постоянно публикуем свои научно-практические работы в специальных изданиях, участвуем в конференциях и съездах специалистов хирургического профиля с выставками и докладами, чтобы врачи знали о продукции, столь необходимой пациентам. Считаю, что сегодня нужно еще раз объяснить людям некоторые морально-этические и юридические вопросы, связанные с данной деятельностью.
«Биоимплант» — государственное предприятие Минздрава — занимается только изготовлением и распространением биоимплантатов, а заготовка материала проводится на законных основаниях в других лечебных и специальных медицинских учреждениях, таких, как судебно-медицинские бюро, патолого-анатомические отделения больниц. Вообще развитие производства биоимплантатов у нас стало возможным благодаря тому, что из всех постсоветских стран в Украине принят самый прогрессивный закон, в котором отражена эта деятельность. В странах СНГ данное направление практически в загоне, и пациенты лишены возможности получать для лечения высококачественные и безопасные медицинские изделия.
