История на первый взгляд самая заурядная, точнее классическая — соседей до вражды довела земельная межа. Но тут конфликт любопытнее: потерпевшие избрали редкий путь борьбы за справедливость — судебный. Еще удивительнее, что они борются уже 7 лет за «фронтовые» 70 см, прихваченные соседями (натурально — межа проходит прямо через дом). А невероятно другое — донецкие прокуроры не торопятся исполнить не только письменные указания Генпрокуратуры Украины, но и судебные решения. В то время, как двоих тамошних солидных чиновников, причастных к правовой природе этого конфликта (вкупе с иными), в феврале киевский УБОП задержал «на горячем» — со взяткой в 60 тысяч евро.
Эта банальная история дает представление о том, почему гражданам Украины так сложно поверить в смысл и силу закона.
«Репка» тяжестью на 7 лет
Хронику 7-летних ожиданий в своем письме в редакцию еженедельника «2000» наша читательница Вера Павловна Кузнецова изложила обстоятельно (приложив папку с документами).
Всю свою прежнюю жизнь супруги Кузнецовы обитали в городе. А потом пришлось переезжать: после смерти матери Веры Павловны остался дом в селе Первомайском Ясиноватского района Донецкой области. Чета энергичных пенсионеров решила, что на природе им будет комфортнее жить, чем в задымленном городе. Кто же знал, что переселение в родительский дом отравит их покой многолетними судебными тяжбами с соседями?
Новоселье неожиданно омрачилось. «Во время приватизации, — пишет Вера Кузнецова, — моего приусадебного земельного участка в 2000 году чиновниками Первомайского сельсовета и земельной службы Ясиноватского района самовольно была установлена межа с соседним участком прямо через мой жилой дом. Это было сделано умышленно, чтобы защитить самозахват земли Безгинским М. И. и его незаконно построенные хозпостройки».
Пришлось обращаться в суд. В 2000 году государственный акт на право частной собственности на землю, выданный Кузнецовой В. Н. Первомайским сельсоветом, Ясиноватским райсудом был отменен из-за ошибки. Эта ошибка не устранена и по сей день. Может, потому, что она похожа на репку, вытянуть которую по примеру сказочных персонажей некому. Точнее персонажей за 7 лет у «репки» сгруппировалось много. Есть сила должностных полномочий и служебных обязанностей. Только никто не хочет стать первым. Ибо такой пионер, потянув за «репку», рискует завалить репутацию персон-соучастников, зарывавших свою халатность в бумажную массу отписок.
Сама Вера Павловна выражается по-иному, расценивая «ошибку» как подделку. Ведь то, что было нарисовано в плане проекта, существенно отличалось от натуры. Сначала дом был смещен вглубь двора. Затем самозахваченные соседом Безгинским сотки земли вписываются в земельно-кадастровую книгу без решения на то сессии сельсовета. А в технический паспорт дома того же Безгинского вносятся незаконно построенные им хозпостройки.
«А потом выдается ряд справок и писем в защиту Безгинского, — продолжает моя собеседница, — которые носят характер служебного подлога. Эти бумаги были сфальсифицированы для суда, чтобы ввести его в заблуждение».
Ясиноватский горрайсуд всесторонне изучил дело, чтобы 30 ноября 2005 года вынести решение: обязать Первомайский сельсовет и его исполком в течение месяца устранить земельный спор методом установления межи с учетом территории, необходимой для обслуживания жилых домов и дворовых построек.
Игнорирование судебного решения сельсоветом не показалось тяжким деянием против закона ни для Ясиноватской межрайонной прокуратуры, ни для прокуратуры Донецкой области. Стоит ли удивляться самодеятельности Первомайского сельсовета, трижды (!) принимавшего одно и то же решение, которое трижды (!) отменялось в судебном порядке. То решение по своей сути анекдотично: трижды межа устанавливалась в 30 см от стены дома Кузнецовых. В таком зазоре муха бы могла пролететь. Но как быть жильцам, чтобы сделать ремонт стены, стремительно оседавшей?
Юмор сельсоветчиков не усмирили даже постановления Ясиноватского горрайсуда (от 8.02.2007 г.) и апелляционного административного суда Донецкой области (от 12.06.2007 г.), признавшие незаконным и необоснованным бездействие ясиноватского межрайонного прокурора Цыктича В. М. У того, кажется, был повод проявить служебное рвение: 2 июля 2004 г. гр-ка Кузнецова обратилась в прокуратуру с требованием возбудить уголовное дело против работников земельной службы района и головы Первомайского сельсовета за подделку государственных документов в интересах третьего лица.
— Реакции никакой, — вспоминают супруги Кузнецовы. — Тогда мы подали заявление облпрокурору, чтобы тот возбудил уголовное дело в отношении ясиноватского прокурора Цыктича (по признакам ст. 364 и 367 УК Украины), ведь его вина, как мы считали, уже была доказана решениями вышеупомянутых судов. Но никакого ответа из облпрокуратуры мы не дождались».
Мера беспредела — 30 см добрососедства
Дом тем временем быстро оседал. Тогда супруги снова обратились в Ясиноватский горрайсуд, затем — в апелляционный суд Донецкой области, который обязал прокуратуру провести дополнительную проверку. Эта церемония происходила второй раз, но судебная формула «2 по 2» для прокуроров неважна. Как, наверное, и сами материалы в деле. «Не проводилась не только дополнительная проверка, — уточняет Вера Павловна. — Теперь выясняется худшее: дополнительные документы, представленные мною под роспись в прокуратуру, в материалах дела... отсутствуют. Представляете?»
Легко. Случаи пропажи документов — классика будней чиновников. Умысел еще доказать надо. Но если межрайпрокурор допустил халатность и презрение к неоднократным решениям суда, есть надежда поправить линию законности в облпрокуратуре. Я так думаю. А гр-ке Кузнецовой думать было некогда, она тогда срочно помчалась в соседнюю Авдеевку.
Оказалось, что облпрокурор Виталий Мурза 7 мая 2007 года направил письмо (№ 05/3-1354-04), коим обязал прокуратуру Авдеевки провести данные проверки. «Моему удивлению не было границ, — и сегодня удивлена прокурорской задумке читательница. — При чем тут Авдеевка?! Суд же конкретно указал, что ясиноватские прокуроры должны дополнительно все проверить. Пришлось все же ехать в Авдеевку, чтобы лично все выяснить. Там авдеевский прокурор заявил, что сделать что-либо не в состоянии. Потому что виновные (подозреваемые в подделке госдокументов) не являются жителями этого города, так что прокуратура вызвать их для допроса не может. Услышав такое, я еще больше удивилась: неужели Мурза знает хуже законы, нежели его авдеевский подчиненный?» Все же через месяц наше дело переслали из Донецка в Авдеевку, где я 9 июня 2007 года по требованию горпрокурора написала заявление на проведение проверки. И ровно через 2 дня, 11 июня, в Донецк ушел отчет об итогах проверки. Что можно было установить за те стремительных 2 дня, — до сих пор мне как заявителю не известно. Я не могу добиться права ознакомления с результатами той проверки».
Что было делать? Оставалась еще Генпрокуратура. Туда гр-ка Кузнецова написала заявление 30 октября 2007 года. Уже через неделю ГПУ шлет донецкому облпрокурору Мурзе письменное указание (№ 06/2-16190-05) и повторно напоминает (24 декабря 2007 года) — организовать проверку указанных в заявлении заявительницей фактов. Та, кроме прочего, требовала возбуждения уголовного дела в отношении Ясиноватского межрайонного прокурора Николая Дорменка (?), а также его помощников Джавлаха и Пикаря.
И тишина...
Пару месяцев назад супругов Кузнецовых несколько раз приглашали в областной УБОП. Оказалось, сразу несколько чиновников Ясиноватского района стали фигурантами расследования коррупционных преступлений в сфере земельных отношений. И вроде бы частная 7-летняя тяжба о меже в 30 см спора — логичный эпизод системы злоупотребления властью, превышения служебных полномочий отдельными госслужащими района. Можно только вообразить, сколько за эти 7 лет так же «рисовалось» проектов, карт, экспертиз, решений. Когда сомнительную достоверность таких документов обнаружат их обладатели, тысячи простых людей? Что им делать, брать пример с Кузнецовых и убивать остаток своих дней в коридорах судов?
Чтобы ходить за правдой по круговерти власти, надо иметь тренированный вестибулярный аппарат. Сами судите: 21 апреля с. г. первый зам донецкого УБОПа Пилигрим письмом (№ 32/6-3296) уведомил Веру Павловну, что материалы проверки направлены в облпрокуратуру. Молчание прервала сама женщина, обратившись 10 июня (вх. № 2073) к облпрокурору Мурзе. А 19 июня (№ 043-24 — далее неразборчиво) начальник отдела облпрокуратуры Сакун проинформировал заявительницу: материалы проверки УБОПа о незаконных действиях Первомайского сельсовета и гр-на Безгинского направлены на проверку в Ясиноватскую межрайпрокуратуру. У тебя, читатель, голова не кружится?
Дом в селе — все, что имеют супруги. Больше им спасать нечего. Пока тянутся разбирательства из-за межи, пенсионеры тратятся на ремонт оседающей все глубже в землю восточной стены дома.
С самим Михаилом Ильичем (у него солидная для села должность — управляющий рыбным прудом, упрпруда, так сказать. Прежде там содержали гусей) встретиться не удалось. Приближаясь к его двору, видела, как хозяин входит в свою калитку с велосипедом. Думаю, пусть отдохнет с работы, пока я дом Кузнецовых осмотрю. Через 10 минут Безгинского дома вроде уже не было, жена сказала: срочно на работу вызвали. Хотя свое мнение о конфликте изложила (с подсказками своей матери Александры Ивановны, стоявшей тут же). Беседовали мы во дворе, приглашения в дом я не дождалась (похоже, там таки отдыхал хозяин — раз велосипед стоял во дворе).
Пришлось вести записи по-походному, зато можно было осмотреться вокруг. Женщины, показывая спорную зону межи и проблемные точки (слив канализации, подвал, постройки), убеждали, что соседский дом рушится и садится просто от ветхости. А межа зарулена правильно (жаль, документы у мужа — показали бы). Не могу не спросить, почему Михаил Ильич не исполняет решение судов и не сносит самострой.
— Такого решения суда нет! Его нет! Я вам все решения могу показать, а такого нет! Чтоб суд решил снести пристройки и провести границу? Даже границы у нас сейчас не существует! — Видно было, что Людмила думала, что я никаких документов не видела.
— У вас есть план участка и дома? — спросила, не ожидая услужливого: «А как же — технический план дома. Сейчас принесу». Вернулась из дома заметно растерянной. — Лучше у мужа спросите. Он вам покажет документы. Введет в курс дела.
Людмила продиктовала мне мобильный номер мужа. Долго пришлось вызванивать, потом наша встреча сорвалась, а больше его мобилка мне не отвечала.
Спор о меже
Жаль, конечно, потому что хотелось узнать, будет ли Михаил Ильич еще пытаться рукоприкладством выбивать у Веры Павловны желание оспаривать странную межу. Сама пострадавшая, застигнутая в своем огороде рассерженным соседом, долго потом лечила ушибы и сердечную боль. Потасовку и участковый задокументировал, и медики побои сняли, сделали рентген и назначили лечение. Потом гр-ка Кузнецова документы отвезла в Донецк (в облУВД), где их принял в СМЭ эксперт Минченко. Позже побитая узнает: на рентгеновском снимке стерта дата и надо ехать в больницу, чтоб его (снимок) восстановить (?). Но сделать это было проблематично (раз нет даты обследования). Выдали лишь заключение: мол, старый снимок и старая травма. Кто и почему стер дату на том снимке, гадать уже нет смысла.
— Кто же так помогает вашему оппоненту 7 лет вести тяжбу из-за 30 см? Такой уверенный рыбный сторож, что ему даже Генпрокурор не указ? — мне хотелось понять, как долго еще эта история будет напрягать десятки людей по всей вертикали правосудия.
Супруги считают, что у Михаила Ильича есть серьезные покровители (упрпруда — должность тоже крутая). Сосед не скрывает своих приятельских связей с районным начальством и с донецкими товарищами. Кому-то из односельчан Безгинский горделиво признавался, что один из бывших донецких облпрокуроров — его родич. Так это или нет, но районная власть управляющего пруда явно опекает. Ведь когда согласительная комиссия депутатов сельсовета тоже установила все «ошибки» в документах, подписать эти выводы категорически отказалась лишь член комиссии Олеся Кейдун (землеустроитель Первомайского сельсовета, она — в подчинении района). А затем на всех судах госчиновник Кейдун фактически участвует как адвокат г-на Безгинского (присутствует на заседаниях, помогает юридическими советами).
Не так и странно, если знать «тайну». Как подчеркивает Вера Павловна, старший коллега сельского землеустроителя (бывший начальник отдела земельных ресурсов района) Иван Выгуляр и есть автор рекомендации «нарезки» межи в 30 см от дома Кузнецовых. Может, подобная находчивость и помогла пенсионеру-чиновнику вернуться во власть и даже стать советником по земельным вопросам Ясиноватской райгосадминистрации. Как товарищ власть употребил? Его письма Первомайскому сельсовету с советами о грубом нарушении Земельного кодекса и строительных норм отменены всеми судами.
В минувшую среду, 2 июля, состоялось очередное (может быть, последнее) заседание суда — Административного апелляционного суда Донецкой области. Апелляция сельсовета оставлена без удовлетворения. То есть решение Ясиноватского горрайсуда от 30.01.2008 осталось в силе. Истцу (Первомайскому сельсовету) надлежит устранить грубое нарушение закона. А именно: судебным решением межа должна быть установлена согласно закону, невзирая на незаконно возведенные гр-ном Безгинским постройки. Это решение вступило в законную силу 2 июля с. г.
Интересно, а кто же теперь по закону ответит за массу «зарисовок» в документах? Если мне Людмила Безгинская говорила, что они исправно платят налог за 20 соток земли своего участка, а дом куплен в 1977 году с 17 сотками, откуда «наросли» 3 сотки? Над этой загадкой мучились и все судьи, но ответ Безгинские берегли своим безмолвием. По кадастровым записям у них до 1993 года вписано 17 соток, а потом идут 20 соток с пометкой эксперта — «без основания». Хотя прежде у головы Первомайского сельсовета Александра Комка был один аргумент, с фантазий по беспределу — «Мы устанавливаем межу по принципу добрососедства».
с. Первомайское Ясиноватского р-на Донецкой обл.
