Арсенизаторы нужны в политике ничуть не меньше политологов и политтехнологов. А в некоторых особо кризисных моментах они нужны даже больше оных.
Из молодой «оранжевой» поросли Арсений Яценюк пока оказался наиболее удачливым ее ростком. Но всю вышеуказанную поросль объединяет не столько цветность, сколько гибкость и проскальзываемость, способность проникнуть в самую узкую щель в коридорах власти. Там, где обычному человеку никак не протиснуться. Яценюк проскользнул выше всех.
Однако одно дело — проскользнуть в высокое кресло и совсем другое — суметь ему соответствовать. Или при необходимости даже поднять престиж занимаемой по случаю должности, если она вдруг оказалась к тому времени недостаточно влиятельной. Мы знаем и такие примеры.
Существует явление гиперболизации личности, когда занимаемая высокая должность придает личности не свойственную ей значительность. Но, к сожалению, известно и явление дискредитации института власти, когда та попадает в случайные руки. Тогда, с одной стороны, возникает опасная иллюзия, что власть по плечу любому юному дарованию. А с другой — не менее опасная иллюзия, что можно обойтись без власти вообще. Настолько она становится непривлекательной и в лучшем случае бесполезной. В худшем — власть, замкнутая на внутренний конфликт, становится просто опасным инструментом разрушения общественных связей.
Взрослый спикер (любой из тех, кого мы знаем и кто сегодня сидит в зале ВР) легко сможет сделать дееспособным даже этот состав парламента. Если только он не будет пытаться навязать парламенту какую-то свою или (что еще хуже) чужую игру. Яценюк же все время пытался что-то там проталкивать: то игру БЮТ, то игру СП. Упорно «впихивал невпихуемое», от чего давно предостерегал коллег вполне взрослый спикер, которому и сегодня вполне по плечу отделить «впихуемое от невпихуемого».
Яценюк считает себя настолько ловким и удачливым, что уверовал в то, что сможет легко и безнаказанно всех обвести вокруг пальца. Хоть среднего, хоть какого другого. Однако политика обвода вокруг пальца не может быть и успешной, и продолжительной одновременно. Рано или поздно взрослым дядям надоест до головокружения и судорог в шее следить за движениями рук юного дарования. Так оно, собственно, и произошло.
К тому же Арсений Петрович и сам закрутился в крутых виражах и обводах вокруг собственного пальца. То он подает заявление об отставке и решительно выступает за досрочные парламентские выборы с собственной партией. Чем до слез огорчает Юлию Владимировну, зато радует Виктора Андреевича, традиционно каждый год разгоняющего украинский парламент.
То вдруг Арсений Петрович выступает с призывом к стабильности и единению всех парламентских сил в борьбе с невесть откуда свалившимся на наши головы мировым кризисом. Чем до слез огорчает еще недавно радовавшегося Виктора Андреевича, который по-прежнему не теряет оптимизма и надежды утвердить традицию ежегодного разгона ВР. Если не к Страстной пятнице, то к 8 Марта.
Но призыв спикера сплотиться вокруг борьбы с кризисом настолько обрадовал и обнадежил Юлию Владимировну, что она бросила на защиту резко юльнувшего в ее сторону спикера все свои белосердечные рати. Бои пошли нешуточные. «Белосердечные» демонстрировали перед телекамерами полученные в жарких сражениях в аппаратной системы «Рада» кровавые раны, разбитые очки и изорванные в клочья эксклюзивные пиджаки от кутюр. Ко всему называли своих коллег по парламенту нехорошими, непарламентскими словами.
Положа руку на сердце, прошлогодние бои в электрощитовой ВР за незаконные досрочные выборы в ВР потребовали от БЮТ меньше жертв и меньшего душевного напряжения, чем нынешние бои против досрочных выборов по закону. Где же та справедливость?
Красиво заявив о добровольной (неслыханное дело, даже Анна Герман одобрила) отставке с поста главы ВР, Арсений Петрович стал некрасиво увиливать от утверждения ВР собственного заявления. Драматическая эпопея высаживания Яценюка из кресла спикера напоминает басню Павла Глазового, в которой сонного пассажира ночью по недоразумению высаживали из поезда на неизвестной станции: «...вiн бiдний прудкався, кусався, за щаблi чiплявся й до самого семафора за поїздом гнався». Поезд все же ушел.
А после ухода поезда Арсений Петрович неожиданно оказался не то чтобы на незнакомой станции, но в самом хвосте у плеяды других не менее молодых и амбициозных «оранжевых» дарований и уже успевших к этому времени обзавестись собственными партиями разной степени сомнительности. Один из «оранжевой» поросли даже возглавил «оранжевый» список в ВР, а другой приобрел свою собственную фракцию. Правда, в Киевсовете. Яценюку же еще только предстоит эта нелегкая и весьма затратная процедура. И неизвестно, как он с нею справится.
Вряд ли Арсения Яценюка можно считать в полном смысле новым лицом в украинском политикуме, поскольку со времен монополизации власти «оранжевыми» нет притока новых лиц в политику. При Леониде Кучме они каким-то образом появлялись. А за четыре года не появилось ни одного нового молодого лица. Вся поросль (в том числе и Яценюк) появилась в коридорах власти при Кучме. Потому они ни новые, ни молодые — в общечеловеческом понимании этого слова. Давно сидят. Это скорее молодые старички, потерявшие молодой задор, но так и не приобретшие ни политического опыта, ни житейской мудрости, поскольку находятся в плену у сознания собственной исключительности.
Поросль, которая постарше, тоже от собственных партийных проектов пока не отказывается. Даже от совсем, казалось бы, уже засохших и мумифицированных. А вдруг найдется шальной покупатель? Какой-нибудь Луценко (хотя тот уже прикупил). Или Кириленко. Еще Арсений Яценюк хочет, чтобы его еще не спроектированный проект финансировали из бюджета. А подобное скромное желание Яценюка невозможно удовлетворить без удовлетворения финансовых желаний остальных полутора сотен украинских партий. То мероприятие может стать очень дорогостоящим и даже неподъемным для бюджета в кризисные времена.
Но и сегодня находятся люди, которые считают экс-спикера перспективным политиком. Хотя, скажите на милость, какие такие перспективы могут открываться ему из хвоста совсем не простой «оранжевой» очереди!
Арсений Петрович имел некоторые перспективы и какой-никакой рейтинг, когда сидел в кресле главы ВР. Но когда кресло выскользнуло из-под Яценюка, вместе с ним выскользнул из-под него и виртуальный рейтинг. Этот рейтинг в большей мере присущ креслу спикера, чем лично Яценюку. Практически все партии в Украине созданы исключительно на основе админресурса. Так у нас устроена власть. Но если бы он начал создавать свою партию, находясь еще на должности главы ВР, то мог бы потерять кресло еще раньше.
Впрочем, сидение на админресурсе еще не гарантирует политику пристойного рейтинга, в котором можно удостовериться только на конкретных выборах, а не на заказных соцопросах. К примеру, не в меру диссидентствующий милиционер Юрий Луценко повел свою самооборонную партию в Киевсовет и по дороге удостоверился, что до рейтинга в меру диссидентствующего европейца Николая Катеринчука ему еще расти и расти. Можно и не вырасти.
Однако больше рейтинга гипотетической партии Арсения Яценюка нас интересует: не повлечет ли за собой его отставка разрушение «оранжевой» монополии во власти? Станет ли началом цепной реакции, когда правительство «оранжевых» банкиров и импортеров должно будет последовать вслед за ним? И если на смену обанкротившимся банкирам не придет в ближайшее время правительство с антикризисной программой, опирающееся на реальную украинскую экономику «земли и стали», то дела наши будут не то чтобы совсем плохи, но готовым нужно быть ко всему. Хотя «хорошее» новое появляется только из кризиса, из катарсиса. В этом смысле для нас в кризисе столько же опасностей, сколько и возможностей утвердиться в разрушающемся мире. Вопрос только — насколько нам удастся использовать представившуюся возможность. И насколько нам удастся уклониться от навязываемой нам роли мальчика на побегушках.
Действительно, единственный европейский и демократический способ избежать (или отсрочить) внеочередных выборов в парламент в случае распада парламентской коалиции — это назначение технического правительства простым парламентским большинством. Все остальные способы оттягивания выборов — незаконные, неевропейские и недемократические. Как неевропейскими являются и ссылки на необходимость борьбы с кризисом именно этим составом правительства, созданного обанкротившейся, нежизнеспособной коалицией.
Неевропейскими и недемократическими являются и аргументы об опасности выборов в кризисный период. Нет ничего опаснее для страны во время кризиса, чем правительство, которое долго сидит на чемоданах, ни за что не отвечает и никем уже не контролируется. Это не только опасность разворовывания бюджетных средств, ненужных и невыгодных кредитов, но и опасность развала остатков все еще работающей государственной инфраструктуры.
Сохранить точки роста в условиях неминуемой потери рынков на Западе — вот главная задача страны. И именно этой задаче должна быть подчинена процедура выбора нового спикера.
Альтернативой может быть принесение себя в жертву американскому и мировому кризису. Дескать, примем первый удар на себя в душевном порыве общекапиталистического интернационализма. Погибнем первыми во имя торжества правого (или неправого) капиталистического дела.
Или все-таки подумаем над возможными вариантами собственного спасения? А они, конечно же, есть. Но первый шаг на этом пути — не слушать советы заморских доброжелателей. Не подставлять им свои... как бы сказать помягче... места для сомнительного инвестирования и кредитования.
Политическая борьба составляет главный и единственный смысл деятельности всех политсил в Украине. Но ведь главный смысл власти совсем не в том, чтобы прийти к власти. Власть должна работать над какими-то долгосрочными программами. Для этого необходимо иметь стратегическую цель, которая не зависит ни от изменения внешних обстоятельств, ни от смены власти внутри страны. Но ни стратегической цели, ни соответственно власти, сориентированной на стратегическую цель, у нас нет. Если, конечно, не считать стратегической целью вступление хоть куда-нибудь: хоть в НАТО, хоть в ЕС. На худой конец можно скоропостижно вступить в ВТО.
Нельзя считать стратегической целью и признание голодомора как геноцида странами Африки и Латинской Америки.
В Украине политический процесс настолько активный, насколько он далек от реальной жизни, от реальных нужд общества в сфере экономики или в сфере культуры. Политический процесс не имеет необходимого сцепления с повседневной реальностью, потому может без помех развиваться в любом направлении. Однако рано или поздно такое сцепление должно будет произойти, и тогда мы узнаем, в каком месте очутилась за это время страна, а в каком оказалась власть.
Многочисленные выборы пока не стали инструментом сцепления власти с социумом, поскольку они не снижают накала политической борьбы, а парадоксальным образом ее усиливают. Избиратели голосуют независимо от практической деятельности партий во власти по каким-то иным, далеким от собственных нужд соображениям. Почему-то мы никак не можем уловить причинно-следственной связи между своим отношением к власти и действиям власти по отношению к нам.
А без этого власть живет не по законам политики, а по законам шоу. Потому мы и не можем выдвигать власти каких-то претензий. Можем только аплодировать, наслаждаясь великолепным зрелищем, которое нам устраивают. Или освистывать то представление, которое нам почему-то не нравится. Из-за избытка гламура или его недостатка, поскольку «оранжевая» политика вертится вокруг гламура еще в большей степени, чем вокруг пальца. Хотя и в шоу-бизнесе, и в политическом хорошие артисты всегда находят зрителей и поклонников. Тем более — когда зрителей пугают кризисом.
И последнее. Заявление Арсения Яценюка (как и его самого) использовали очень неудачно. Безрезультативно: ни отставку премьера, ни досрочные выборы ВР оно не приблизило. ЮВТ на добровольную отставку не повелась — с чего бы ей проявлять благородство! Такое за ней не водится. Вообще благородство — это не самая главная женская черта. Слабые женщины (даже если они сильные политики) пользуются совсем иными инструментами.
Зато это заявление приблизило конец его спикерской карьеры. Сомнительно, чтобы Арсений Петрович сумел еще раз подняться так же высоко. Ведь даже для того, чтобы просто сохраниться в политике, ему нужно как минимум вспомнить библейский сюжет о возвращении блудного сына. И о том, что гордыня — это смертный грех — их, в общем-то, не так много.
