26 августа президент России Дмитрий Медведев подписал указы, которыми признал независимость Абхазии и Южной Осетии. «2000» предполагали такое развитие событий (см. «2000» от 15.08.08, «Россия будет вынуждена признать Южную Осетию и Абхазию»).
Хотя для многих на Западе и в Украине решение Кремля стало «шоком», оно было вполне ожидаемым, а события последних недель развивались именно в логике признания бывших грузинских территорий в качестве независимых государств.
Москва категорически отказывалась вести речь об урегулировании конфликта с позиций территориальной целостности Грузии.
Президент Медведев на встрече с лидерами Южной Осетии и Абхазии заверил, что Россия примет любое решение абхазского и югоосетинского народов. Принцип территориальной целостности Грузии отсутствовал в «плане Медведева — Саркози. А шестой пункт этого документа предусматривал обсуждение дальнейшего статуса Абхазии и Южной Осетии.
Кстати, не только в России указывали на возможность признания этих республик. Генеральный секретарь ОБСЕ Марк Перрин де Бришамбо после ознакомления с ситуацией на месте заявил на пресс-конференции во Владикавказе 17 августа: «Судьбу Южной Осетии должен решать сам народ Южной Осетии. Люди живут в очень тяжелых условиях. При принятии решения нужно будет учитывать историю и реалии» («Интерфакс»). Так и произошло.
После подписания соответствующих указов 26 августа в специальном телеобращении президент РФ Медведев подчеркнул: «Грузинское руководство в нарушение Устава ООН, своих обязательств по международным соглашениям, вопреки здравому смыслу развязало вооруженный конфликт, жертвами которого стали мирные люди. Эта же участь ждала Абхазию....Был выбран самый бесчеловечный способ добиться своей цели — присоединить Южную Осетию ценой уничтожения целого народа... Это была не первая попытка. В 1991 году президент Грузии Гамсахурдия с призывом «Грузия — для грузин» — только вдумайтесь в эти слова — приказал штурмовать Сухум и Цхинвал. Тысячи погибших, десятки тысяч беженцев, разоренные села — вот к чему тогда это привело».
Он напомнил, что именно Россия остановила кровопролитие, при этом неизменно исходя «из признания территориальной целостности Грузии». Однако «грузинское руководство выбрало другой путь: срыв переговорного процесса, игнорирование достигнутых договоренностей, политические и военные провокации, нападения на миротворцев — все это грубо нарушало режим в зонах конфликта, установленный при поддержке ООН и ОБСЕ. Россия проявляла выдержку и терпение. Мы неоднократно призывали вернуться за стол переговоров и не отошли от своей позиции даже после одностороннего провозглашения независимости Косово. Но наши настойчивые предложения к грузинской стороне заключить с Абхазией и Южной Осетией договоренности о неприменении силы остались без ответа. К сожалению, их проигнорировали и в НАТО, и даже в ООН».
«Учитывая свободное волеизъявление осетинского и абхазского народов, руководствуясь положениями Устава ООН, декларацией 1970 года о принципах международного права, касающихся дружественных отношений между государствами, Хельсинкским Заключительным актом СБСЕ 1975 года, другими основополагающими международными документами — я подписал указы о признании Российской Федерацией независимости Южной Осетии и независимости Абхазии. Россия призывает другие государства последовать ее примеру. Это нелегкий выбор, но это единственная возможность сохранить жизни людей», — заключил глава Российского государства.
Да, принципы территориальной целостности государств и право народов на самоопределение, закрепленные международным правом, часто вступают в противоречие между собой. Однако после геноцида в отношении югоосетин и с целью предотвращения жертв в будущем Москва имела моральное право (тем более — пролилась кровь ее граждан) сделать упор именно на праве народов на самоопределение. Оно закреплено и в заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (Хельсинки, 1975 г.).
В упомянутой Медведевым Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН от 24.10.1970 г., имеется Принцип равноправия и самоопределения народов, среди прочего гласящий:
«...все народы имеют право свободно определять без вмешательства извне свой политический статус и осуществлять свое экономическое, социальное и культурное развитие, и каждое государство обязано уважать это право в соответствии с положениями Устава.
Каждое государство обязано содействовать с помощью совместных и самостоятельных действий осуществлению принципа равноправия и самоопределения народов в соответствии с положениями Устава и оказывать помощь Организации Объединенных Наций в выполнении обязанностей, возложенных на нее Уставом в отношении осуществления данного принципа, с тем чтобы: a) способствовать дружественным отношениям и сотрудничеству между государствами; и b) незамедлительно положить конец колониализму, проявляя должное уважение к свободно выраженной воле заинтересованных народов, а также имея в виду, что подчинение народов иностранному игу, господству и эксплуатации является нарушением настоящего принципа, равно как и отказом в основных правах человека, и противоречит Уставу Организации Объединенных Наций.
...Создание суверенного и независимого государства, свободное присоединение к независимому государству или объединению с ним, или установление любого другого политического статуса, свободно определенного народом, являются способами осуществления этим народом права на самоопределение.
Каждое государство обязано воздерживаться от любых насильственных действий, лишающих народы... их права на самоопределение, свободу и независимость. В своих действиях против таких насильственных мер и в сопротивлении им эти народы, добиваясь осуществления своего права на самоопределение, вправе испрашивать и получать поддержку в соответствии с целями и принципами Устава Организации Объединенных Наций...»
Двумя неделями ранее, на встрече с лидерами Южной Осетии и Абхазии, Дмитрий Медведев упоминал и Международный пакт о гражданских и политических правах от 16.12.1966 г. В этом документе говорится: «1. Все народы имеют право на самоопределение. В силу этого права они свободно устанавливают свой политический статус и свободно обеспечивают свое экономическое, социальное и культурное развитие....3. Все участвующие в настоящем Пакте Государства, в том числе те, которые несут ответственность за управление несамоуправляющимися и подопечными территориями, должны, в соответствии с положениями Устава Организации Объединенных Наций, поощрять осуществление права на самоопределение и уважать это право».
Таким образом, учитывая стремление абхазов и югоосетин к самостоятельному и независимому развитию, выраженное на нескольких референдумах, Москва имела правовые основания для признания независимости Абхазии и Южной Осетии.
Президент Дмитрий Медведев также поручил МИД РФ установить дипотношения с Южной Осетией и Абхазией и подготовить проект договора о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи с этими республиками, а минобороны РФ — обеспечить до заключения договоров осуществление ВС РФ функции по поддержанию мира.
Т. е. теперь российские войска смогут на совершенно законных основаниях находиться в Абхазии и Южной Осетии. При этом получают возможность развернуть все необходимые силы и средства для защиты абхазского и югоосетинского народов (включая тяжелые вооружения — что было невозможно, даже если бы Россия сохранила присутствие своих миротворческих сил).
На решение российской власти последовала предсказуемо острая реакция Запада. Одни выразили «сожаление», другие назвали решение Москвы «неприемлемым», третьи призвали к формированию коалиции «против российской агрессии». Это вряд ли стало для кого-то сюрпризом — Запад ведет себя так, как должен. Но правильно ли поступает Москва?В последнее время активно обсуждаются негативные последствия для России из-за ее вмешательства в события вокруг Южной Осетии — ухудшение отношений с США и Европой, торможение процесса присоединения России к ВТО и т. д. Во многом реакция Запада рассчитана на внутреннего (западного) потребителя. В Вашингтоне и европейских столицах не могли без потери лица реагировать иначе, поскольку задет прозападный режим Саакашвили.
Но за обострением отношений рано или поздно наступит потепление: Россия нужна Западу никак не меньше, чем Запад — России. Запад часто ставил Москву перед свершившимся фактом, теперь произошло наоборот. И стороны вынужденны будут искать решение, исходя из того, что Россия признала независимость Абхазии и Южной Осетии.
Безусловно, у России был второй вариант — не вмешиваться, мол, происходящее — внутреннее дело Грузии. Но этот вариант нес для России куда больше минусов и проблем. Условный второй «пакет отрицательных последствий», которых Москве удалось избежать благодаря вмешательству, выглядел бы примерно так.
Невмешательство России привело бы к захвату этой территории грузинскими войсками, а далее под контроль Тбилиси таким же силовым путем была бы поставлена и Абхазия. В одночасье была бы снивелирована вся кавказская политика России за последние 15 лет... Реинтеграция Приднестровья в Молдову (без учета позиции и интересов России) стала бы делом времени.
Акции Саакашвили взлетели бы: безнаказанно вытер ноги о такое крупное государство, как Россия! И это стало бы свидетельством правильности жестко проамериканского и одновременно антироссийского курса, проводимого режимом в Тбилиси.
Значительно укрепился бы и авторитет США (вообще Запада) — мол, достаточно «правильно» позиционироваться на внешней арене, быть союзником Америки, чтобы решать свои вопросы какими угодно методами (Вашингтон прикроет). И это тоже было бы ударом по интересам России.
Присоединив силой Южную Осетию и Абхазию, т. е. решив территориальные проблемы, Саакашвили фактически открывал бы Грузии дорогу в НАТО. А вместе с Грузией и Украине (на Западе склонны рассматривать Киев и Тбилиси в качестве эдакой «революционной парочки»). Да и Западу с чего бы оглядываться на Россию после того как она проглотила бы унижение в Южной Осетии?
Невмешательство значительно подорвало бы авторитет России и доверие к ней со стороны и ее союзников, и стран, относящихся к Москве более-менее лояльно или готовых учитывать ее интересы. Бездействие Москвы заставило бы многие страны задуматься, стоит ли связывать свою судьбу с Россией, не лучше ли ориентироваться на Вашингтон. Политические элиты (особенно в постсоветских государствах — что наиболее чувствительно для Москвы) наверняка сделали бы именно такие выводы.
Невмешательство стало бы крупнейшим поражением новоизбранного президента Медведева, что, безусловно, сказалось бы на всем сроке его правления. И премьер-министра Владимира Путина тоже. Рухнула бы вся имиджевая конструкция российской власти последних восьми лет — «сильная Россия», «возрождение державы, армии, российского влияния» и т. д. Серьезную деморализацию испытали бы ВС РФ.
Если бы Москва не вмешалась в события, трудно даже представить катастрофу для всей внутриполитической ситуации в России. С потерей авторитета центральной власти посыпалась бы и вся ее вертикаль. Обострились бы все внутренние проблемы России. Для территориальной целостности России невмешательство принесло бы куда больше проблем, чем поддержка Южной Осетии и Абхазии. И главные проблемы возникли бы именно на Кавказе — можно только представить реакцию, к примеру, жителей Южной Осетии на бездействие Москвы в момент, когда расправляются с их соплеменниками в Северной Осетии.
