В газете «Україна молода» (№ 118 от 27 июня) опубликовано интервью с Николаем Жулинским, озаглавленное цитатой интервьюируемого: «Мы можем больше заработать на иностранных студентах, чем Россия на нефти».
В аннотации к статье г-н Жулинский представлен титулованным авторитетным человеком: экс-президент Международного конгресса украинистов, академик НАН Украины, директор Института литературы им. Шевченко, глава Национального совета по вопросам духовности и культуры при Президенте Украины.
Отвечая на вопросы корреспондента «УМ», экс-президент конгресса рассказывает, что происходит сегодня с «украинистикой» за рубежом.
Сначала слова г-на Жулинского вызывают недоумение, к финалу — тихий ужас и большие переживания за человека, занимающего столь высокие и ответственные посты, а также за сами посты.
Николай Григорьевич начинает с утверждения, что нынче в мире происходит невиданный бум украинистики: «Все больше заинтересованности со стороны мировых ученых к Украине... Многие русисты на Западе, которые ориентировались на проблематику Советского Союза, переключаются на изучение украинской истории, литературы, культуры. Создание в 1989 году Международной Ассоциации украинистов чрезвычайно стимулирует этот процесс. Были созданы национальные ассоциации во многих странах. Эти ассоциации также объединяют ученых и сейчас заинтересованы в том, чтоб познавать Украину».
Казалось бы, этому можно только радоваться.
Но — какой конфуз! — несколькими строками ниже Жулинский сам же себя опровергает, представляя совсем иную картину: оказывается, украинскую мысль, культуру и науку на Западе совсем не жалуют, а можно сказать — знать не хотят. Повсюду закрывают центры украинистики. Мало того — уничтожают могилы выдающихся украинских деятелей.
Так, Жулинский сообщает, что в Мюнхене функционировал Украинский свободный университет, основанный Михаилом Грушевским в 1918 году: «Он имеет очень интересную серьезную научную традицию. И сегодня этот университет на пороге закрытия. Германия говорит: у вас уже свободная держава, почему же мы должны финансировать это учреждение? Германия, по сути, уже остановила финансирование Свободного университета».
Но, может, это только среди немцев интерес к украинистике пропал? Вероятно, это просто какое-то недоразумение, исключение из общего правила?
«Под угрозой закрытия находится Украинская свободная Академия в Нью-Йорке, — перечисляет г-н Жулинский. — Научное товарищество им. Шевченко в Нью-Йорке, Европейское научное общество в Сарсуели под Парижем, огромная территория, которую можно было получить и иметь там научный центр во Франции и культурный центр, и так далее. И мы ничего не можем сделать».
Так есть заинтересованность в украинистике или нет?
Если все-таки есть, а все известные учреждения украинского происхождения закрываются, то, спрашивается, почему это допускает Международный конгресс, чья основная задача — опекать очаги культуры? Или его основная задача — бюджетные деньги на съездах украинолюбов проедать? Что предпринял сам Николай Жулинский, являясь президентом, а теперь активным участником конгресса, в деле сохранения хоть одного такого очага?
На каждом мероприятии — конгрессе, конференции, форуме — зарубежные украинисты рвут на себе вышиванки, убеждая, что для Родины они на все готовы. Однако если дело касается материальной стороны вопроса... Патриотизма — сколько угодно, но с инвестициями в Украину представители диаспоры почему-то не спешат. А теперь мы видим, что и украинские центры — и в Америке, и в Европе — они видали в белых тапочках.
По словам Жулинского и его товарищей, зарубежные украинцы умирают от тоски по родным краям и родному слову, их интерес к возрождению украинской духовности растет. Так почему же они не стремятся сохранить эти национально-культурные островки для себя, своих детей и внуков, почему сами не выделяют средств на поддержку этих центров? Или мало за рубежом зажиточных украинцев?
Но даже за участие в международных конгрессах украинская диаспора, по словам Николая Григорьевича, платить отказывается: «...нужно стремиться, чтоб средства выделяли не только для проведения конгресса, но и для работы Ассоциации международного конгресса на три-пять лет», — апеллирует академик к Кабмину. И тогда вновь Жулинский и компания смогут неслабо поработать в дорогих сердцу каждого украиниста городах — Ялте и Симферополе, где ранее проводились конгрессы. Главное, не забыть захватить плавки, темные очки и соломенные шляпы.
Рисуя масштабы полного коллапса украинистики (хотя еще раз подчеркнем, что Жулинский начал свое «заупокойное» интервью со здравиц), он сообщает следующее: «Еще один тревожный сигнал: будто бы ликвидирована могила Владимира Винниченко и Розалии Винниченко на юге Франции, в Мужене. Закончился срок пребывания этой могилы на кладбище, и когда никто не платит, никто о ней не заботится — могилу ликвидируют. Я сейчас пытаюсь проверить эту информацию. Если так произошло, то представьте себе, как это так, что Украинское государство теряет могилу Премьер-министра Украинской Народной Республики, прекрасного писателя, одного из выдающихся драматургов страны!»
Проблему спасения могилы г-н академик также рекомендует возложить на плечи украинского правительства. У самих радетелей за национальное достояние (как у отечественных, так и у зарубежных) даже написать обращение к французским властям руки не дошли.
Да и какое может быть обращение, если глава Национального совета по вопросам духовности и культуры при Президенте Украины сам толком еще не разобрался, собираются сносить могилу или уже снесли.
«Тревожный сигнал», «будто бы ликвидирована», «я пытаюсь проверить», «если так произошло» — что за загадки такие?! А если действительно уже ликвидирована, то разве не вина украинистов в том, что недосмотрели? Неужели так трудно было выяснить, что происходит с могилой первого украинского премьера, и предотвратить ее разрушение?
Между тем узнать об этом можно за полчаса, пользуясь столь нехитрым устройством, как телефон. Даже если в Мужене не нашлось ни одного украиниста, а в Нацсовете по духовности ни одного специалиста, знающего французский, то можно было связаться по линии международного конгресса, в который наверняка входит хоть один французский украинист.
И давая интервью, стоило не ссылаться на какие-то слухи-сигналы, а руководствоваться проверенными фактами. Какая чудовищная профанация: требовать защиты могилы, в уме складывая сумму на ее восстановление и реконструкцию, которую можно «выудить» из украинского бюджета, в то время, как реальная картина абсолютно неясна.
«Прекрасный писатель, выдающийся драматург страны», — говорит о Владимире Винниченко директор Института литературы и глава Нацсовета по культуре в одном лице, и этому лицу неведома судьба могилы классика? Да это же его прямая обязанность — пусть не оберегать, но хотя бы быть в курсе, в каком состоянии находятся памятники украинским писателям и поэтам.
Однако продолжим о финансовых решениях Жулинского и средствах, которыми он предлагает укреплять украинистику во всем мире. Заметим сразу, что эти решения заставляют усомниться, что размышления над вопросами духовности и культуры способствуют развитию логики и математических навыков.
Академик утверждает, что обучение иностранных студентов — это прибыльное для государства дело, убеждая, что «от обучения иностранных студентов Великобритания получает больше средств, чем Россия от экспорта нефти». Вот, мол, какой это выгодный был бы и для Украины бизнес.
.jpg)
Уточняем: Великобритания стоит на втором после США месте по числу принимаемых на обучение иностранцев. США зарабатывает на этом около 13 млрд. долл. в год, а Англия — 6 млрд. Годовые же нефтяные доходы России переваливают за 300 млрд. долл. Это так, мимоходом, для справки, хотя и такое жонглирование непроверенной информацией характеризуют главу Нацсовета как человека, витающего в облаках или намеренно искажающего истину.
Но 6 млрд. — тоже неплохие деньги, и нам бы не помешали. Но что же предлагает г-н Жулинский далее?
«Мы должны поставить на более надежную основу международную общественную школу украинистики... К сожалению, те, кто хочет изучать украинский язык, культуру, литературу, вынуждены сами оплачивать дорогу. А они должны приезжать на полное наше государственное обеспечение. Следует активнее практиковать в наших университетах обучение студентов, которые хотят изучать украинский язык, культуру, литературу, философию. Для них также должны быть специальные стипендии, соответствующее общежитие».
Вот те на! Великобритания зарабатывает, а мы снова вынем деньги из государственного бюджета на обучение иностранных студентов? Как же это согласуется с высказанным Жулинским тезисом о заработках на этом? Где логика? Или это пусть процветающие страны на иностранцах зарабатывают, а мы за одну только демонстрацию ими любви к Украине готовы обуть-одеть-накормить их граждан?
Не слишком ли это накладно для нашей страны?
И почему бы не открыть в Украине бесплатные школы и университеты, где могли бы изучать украинский язык, духовность, культуру, философию молодые люди из русскоговорящих регионов: для молодежи Крыма, Донбасса, Харькова. Почему бы для своих граждан не учредить специальные стипендии, не предоставить им общежитий? Что важнее Жулинскому — чтобы Украину любили непременно в зарубежной диаспоре или в самой Украине? Столь дикая избирательность не практиковалась даже в советское время.
Читаем интервью дальше. Говоря о заслугах украинского президента в установлении связей и контактов с диаспорой, Жулинский констатирует: «Как вы видите, каждый его визит за границу не обходится без встречи с украинской диаспорой. И Президент ставит сейчас вопрос, чтобы мы финансировали украинские школы за границей. А мы уже столько лет не можем добиться от Верховной Рады внесения изменений в бюджетную резолюцию, где бы предусматривалось финансирование очень интересного учреждения — Европейского коллегиума польских и украинских университетов в Люблине. Я там заместитель главы конвента, то есть наблюдательного совета...»
Вот такие мы за казенный счет щедрые! Давайте еще школы зарубежные финансировать. И обеспечивать г-ну Жулинскому и его соратникам место в конвенте, кафедры в зарубежных вузах, европейские зарплаты в школах диаспоры — и все это за счет скромного украинского бюджета. У нас что, со своими школами проблем мало? Теми же украинскими учебниками они разве обеспечены!? А школы в сельской местности? Разве не стонут от недостатка государственного внимания?
А нам предлагают выделять деньги сытым, благополучным странам, средний уровень жизни в которых в десятки раз превышает украинский, чтобы там открывать школы и поддерживать университеты!
И, наконец, Жулинский предлагает издать стотомное собрание сочинений Ивана Франко. Кто заинтересован в таком масштабном проекте? Возможно, многое из классика вырезано советской цензурой. Так ведь логично выпустить серию тех произведений, которые не были опубликованы при Советах. И интереса к такому изданию будет больше, и экономия средств налицо. Нет, академик настаивает на грандиозных масштабах, и возглавляемый им Институт литературы усиленно работает над составлением стотомника.
В школах Украины не хватает учебников, нет государственных бесплатных курсов для русскоязычных граждан, которые хотят выучить украинский язык. Вот бы куда направить мысли и средства! Обеспечить бы прежде свою страну словарями, украинскими книгами, педагогами, знаниями.
Безусловно, образ страны следует укреплять и поддерживать за рубежом. Создавать положительный имидж. Но когда это дело становится средством для удовлетворения собственных интересов и амбиций, когда эта миссия реализуется столь бездарно, то, боюсь, европейцы над нашим имиджем будут только посмеиваться.
P.S. Найти информацию о французском городе Мужен (по-французски — Mougins) нам удалось за 3 минуты. Найти телефоны муниципалитета Мужена — за 5 минут. Дозвониться — 2 минуты. Узнать, что в муниципалитете знают о существовании могилы Винниченко, что она не ликвидирована и что любезные французы готовы дать все справки о ее состоянии — 5 минут.
Сообщаем номер телефона в Мужене: 810-49-292-5000
Надеемся, что Николай Григорьевич им воспользуется. Хотя бы для того, чтобы получить возможность в очередной раз оттянуться со своей украинистикой не только в Крыму, но и на Champs-Elysees. К слову, и Mougins — чудесное место для отдыха.
